Преступления с административной преюдицией статьи

Преступления с административной преюдицией: проблемы законодательного и правоприменительного характера Текст научной статьи по специальности; Право

ная преюдиция, а также аналогичный опыт зарубежных стран, например Республики Беларусь (ст. 32 УК Республики Беларусь гласит, что в случаях, предусмотренных Особенной частью, уголовная ответственность за преступление, не представляющее большой общественной опасности, наступает, если деяние совершено в течение года после наложения административного или дисциплинарного взыскания за такое же нарушение), считаем возможным согласиться с высказываемым в научной литературе мнением, что «наиболее предпочтительным и эффективным является использование однократной административной преюдиции» [11].

Весьма распространенной является ситуация, когда вопрос о возбуждении уголовного дела возникает, когда уже за третий факт несоблюдения административных ограничения или ограничений, сопряженный с иным правонарушением, лицо привлечено к административной ответственности, более того, отбыло административное наказание, например в виде ареста.

Примечательно, что до вступления в силу Федерального закона от 27.12.2018 года № 509-ФЗ «О внесении изменений в статьи 31 и 35 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» указанная категория дел рассматривалась мировыми судьями, однако, начиная с 8 января 2019 года, она находится в юрисдикции районных (городских) судов.

Так, например, совершивший однажды мелкое хищение (от 1000 до 2500 рублей) злоумышленник подвергается административному наказанию по ч.2 ст.7.27 КоАП РФ. В случае же, если в течение года после вынесения постановления об административном наказании он вновь похитит имущество на указанную сумму, ему придется понести уже уголовную ответственность по ст.158.1 УК РФ.

В настоящее время проблема административной преюдиции не получила де- тальной теоретической разработки. Вместе с тем в отсутствие научных основ законо- датель дополняет действующий Уголовный кодекс Российской Федерации составами пре- ступлений с административной преюдицией. Автор делает вывод о сходстве правовой природы административной и уголовной ответственности и возможности межотрас- левой дифференциации юридической ответственности посредством административ- ной преюдиции в уголовном праве. Исследуются особенности объективных и субъектив- ных элементов состава преступления с административной преюдицией с указанием на существующие проблемы и недостатки правового регулирования.

At present the problem of administrative prejudicial effect has not received any detailed theoretical development. However, in the absence of scientific basis, the legislator complements the existing Criminal Code of the Russian Federation with elements of an offence with the administrative prejudicial effect. The author concludes that the similarity of the legal nature of administrative and criminal responsibility and the possibility of cross-sectoral differentiation of administrative liability through administrative prejudicial effect in criminal law. The article explores the features of objective and subjective elements of offences with administrative prejudicial effect with reference to the existing problems and deficiencies of legal regulation.

Такая позиция сторонников института административной преюдиции опровергается ее противниками аргументом о том, что административные правонарушения не наделяются законом признаком общественной опасности, а значит ни по одному, ни в совокупности не могут стать общественно опасными. Кроме того, современная правовая действительность зиждется на аксиоме, закрепляющей возможность привлечения лица к ответственности только за конкретные действия (бездействие), запрещенные законом, что препятствует привлечению к какой бы то ни было ответственности за качества характера и намерения лица. В этом случае, институт административной преюдиции выступает существенным нарушением основ публичного права и свидетельствует о неправовом усилении репрессивного механизма государства.

В таком случае, общественная опасность, необходимая для привлечения лица к уголовной ответственности, формируется не за счет совершения деяния, являющегося преступлением и, как следствие, обладающим общественной опасностью, а за счет наделения лица и его поведения признаками общественной опасности ввиду ее «накопления» путем многократного совершения административного правонарушения. Совершение нескольких административных правонарушений влечет за собой причинение существенного вреда частным и государственным интересам, создает у правонарушителя ощущение безнаказанности и незначительности применения к нему мер административной ответственности.

На прикладном уровне проблема административной преюдиции ставит ряд сугубо практических вопросов, простирающихся от законодательной техники до практики правоприменения. И здесь КС РФ наметил некоторые решения. Наиболее существен, конечно же, вопрос о «преюдиции для преюдиции», или о том, как устанавливать факт предшествующего привлечения лица к административной ответственности. Факт наказанности лица в конструкции состава с административной преюдицией становится своеобразным юридическим признаком состава преступления, который наряду с остальными признаками подлежит доказыванию. При этом КС РФ отверг возможность простой ссылки на решение о привлечении лица к административной ответственности, допустив возможность вдаваться в законность и обоснованность этого вынесенного ранее решения. И действительно, упрощенный характер административного процесса, отсутствие многих процессуальных гарантий в сравнении с процессом уголовным исказили бы законность привлечения к уголовной ответственности за преступление с административной преюдицией, поскольку признак состава преступления доказывался бы с меньшими процессуальными гарантиями в сравнении с иными признаками состава. Однако на следующий вопрос КС РФ не дал ответа: не создаст ли это конфликт судебных решений? Как быть в случае, если в уголовном процессе суд придет к выводу о незаконности или необоснованности состоявшегося привлечения лица к административной ответственности? И это лишь один из многих вопросов, оставшихся без ответа в обсуждаемом Постановлении.

Еще почитать --->  Налог На Землю Ставка В Татарстане

— Вопрос о составах с административной преюдицией не сводится к правомерности ужесточения кары за многократные нарушения. Речь идет об объявлении человека преступником, «уголовником», о его стигматизации судимостью. КС РФ вводит в репрессивный оборот добавочную форму стигматизации: «административную наказанность» (п. 5.2 Постановления) как младшую сестру судимости.

Кроме того, исследователи доказывают, что наиболее серьезные затруднения испытывают именно судьи. Почему? Дело в том, что процесс определения конкретной наказательной меры в отношении подсудимого при условии отсутствия в некотором смысле четких ориентиров, которые даны непосредственно законодателем, достаточно сложен.

Административная преюдиция в уголовном праве РФ, в соответствии с мнением многих отечественных авторов, состоит в том, что действие превращается в преступление исключительно тогда, когда оно может быть осуществлено на протяжении годового периода времени непосредственно после назначения административного взыскания за аналогичное нарушение. Объяснение столь интересному шагу законодателя возможно отыскать в стремлении эффективным образом установить рамки числу деяний, которые не достигают уровня общественной опасности, описываемой актуальные преступления, но широко распространены, и поэтому мешающие адекватной деятельности государственных управленческих органов. С другой стороны, административная преюдиция криминализации из-за полного отсутствия правового основания вследствие проведения анализа юридических нормативов в уголовный закон не включается.

Уголовный проступок или административная преюдиция

  • Является ли уголовный проступок разновидностью преступления или равнозначным с ним видом уголовного противоправного деяния?
  • Обладают ли уголовные проступки общественной опасностью? Если да, то в какой степени?
  • Какие наказания и меры уголовной ответственности должны применяться к лицу, совершившему проступок?
  • В каком нормативном правовом акте должны содержаться нормы об уголовных проступках? Каковы юридико-технические особенности закрепления составов соответствующих деяний?

Как отбирать преступления, подпадающие под категорию уголовного проступка? Долотов предложил практический подход: анализ правоприменительной практики по условному осуждению за последние 10 лет. Нужно отобрать статьи, по которым судьи наиболее часто дают условные сроки, будто бы не воспринимая их серьезно. По этим статьям, сказал Долотов, судьи даже не дают штрафов, видя это как слишком жесткую меру наказания. Именно эти статьи нужно положить в основу определения проступков, заключил он.

Особенности состава преступлений с административной преюдицией

Еще один элемент состава преступления с административной преюдицией – срок действия административного наказания. Составообразуюшим признаком является совершение аналогичного деяния именно в период действия административного наказания, что не характерно для классической теории состава преступления, существующей в науке уголовного права.

Объективная сторона не изменяется при совершении первого и второго административного правонарушений, суть противоправных действий аналогична. На это указывает и уголовный закон, устанавливая уголовную ответственность за совершение аналогичного деяния в период, когда лицо считается подвергнутым административному наказанию. То есть качественное различие при совершении административных правонарушений в действиях виновного лица отсутствует.

Пленум Верховного Суда РФ придерживается той же позиции, что и Конституционный Суд РФ. В п. 10.6 постановления от 09.12.2008 № 25 Пленум обратил внимание судов на то, что «обстоятельства, послужившие основанием для привлечения лица к административной ответственности по ч. 1 или 3 ст. 12.8 либо по ст. 12.26 КоАП, не предопределяют выводы суда о виновности подсудимого в совершении преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК, которая устанавливается на основе всей совокупности доказательств, проверенных и оцененных посредством уголовно-процессуальных процедур. Если указанные обстоятельства препятствуют постановлению приговора, суд возвращает уголовное дело прокурору».

В случаях, когда преюдициальные судебные акты, характеризующие субъект преступления, вызывают у судьи обоснованные сомнения относительно их законности, в соответствии с рекомендациями Пленума Верховного Суда РФ суду следует возвратить уголовное дело прокурору. При этом очень важно, чтобы основания возвращения дела прокурору были максимально корректно изложены в судебном решении. Правильной представляется позиция тех судов, которые в таких решениях не допускают критику вступивших в законную силу судебных актов с позиции их незаконности или необоснованности, а мотивируют свои выводы фактическими обстоятельствами, установленными по результатам изучения, если дело рассматривается в особом порядке, либо рассмотрения уголовного дела в суде первой инстанции.

Еще почитать --->  Апелляционная жалоба доказывание

Наконец, в-четвертых, использование административной преюдиции для криминализации деяний приводит к тому, что в качестве единичного преступления объявляются несколько административных правонарушений, даже не имеющих внутренней связи. Как справедливо отмечает по этому поводу Н.А. Лопашенко, «все административные правонарушения, совокупность которых на определенном этапе объявляется законодателем преступной абсолютно по механическому признаку — повторяемости и накоплению самостоятельных административных правонарушений, — никоим образом не связаны между собой; они — разные: каждый раз воля лица, совершившего это правонарушение, реализуется в указанном отдельном правонарушении до конца». На этом основании делается обоснованный вывод о том, что «преступления с административной преюдицией составляют несколько самостоятельных, окончательно исполненных административных правонарушений, не связанных между собой умыслом лица. Умысел на каждое правонарушение возникает отдельно и реализуется полностью, окончательно» . А поскольку совокупность административных правонарушений, образующая преступление с административной преюдицией, не обладает содержательным единством, ее законодательная оценка как единичного преступления представляется необоснованной. Ключевым критерием единства преступного деяния, положенным в основу конструирования состава единичного преступления, должна являться именно внутренняя взаимосвязь его элементов, которая в преступлениях с административной преюдицией отсутствует.

Подобное стремление субъектов законодательной инициативы к расширению круга преступлений с административной преюдицией вызывает серьезные опасения. Более того, нам представляется, что в уголовном праве вообще не должно быть места административной преюдиции, поскольку подобная законодательная конструкция не соответствует фундаментальным правовым принципам и международным стандартам прав человека, основаниям криминализации общественно опасных деяний, а также критериям законодательного конструирования составов единичных преступлений.

В соответствии с данными изменениями сохранена уголовная ответственность за нанесение побоев близким лицам, а также побоев из хулиганских побуждений по мотивам ненависти или вражды (ст. 116). С другой стороны, если побои или иные насильственные действия не имели последствий, указанных в ст. 115, а также признаков преступления, предусмотренного ст.116 УК РФ, лицо понесет уголовную ответственность по ст.116.1 УК РФ в случае, если ранее привлекалось к административной по ст. 6.1.1. КоАП РФ. Неуплата алиментов также признается административным правонарушением (ст. 5.35.1 КоАП РФ), только неоднократное совершение которого может повлечь уголовную ответственность (ст.157 УК РФ). Лицо считается подвергнутым административному наказанию со дня вступления в законную силу постановления о его назначении до истечения одного года со дня окончания исполнения постановления (ст. 4.6 КоАП РФ).

Введение так называемой «административной преюдиции» обсуждалось с 2009 года, когда президент РФ Дмитрий Медведев в послании Федеральному Собранию предложил искать пути к совершенствованию уголовного закона, привлекая к ответственности за преступления небольшой и средней тяжести только в случае неоднократного совершения лицом административного правонарушения со схожим составом. С 15 июля 2016 года вступили в силу новые редакции статей 116, 157, 158 УК РФ также добавлены ст.ст. 116.1 и 158.1. Соответствующие изменения были внесены в КоАП РФ и УПК РФ [1].

Обстоятельства, имеющие значение для квалификации по делам о преступлениях с административной преюдицией

Казалось бы, в этом нет необходимости, если учесть, что согласно ст. 90 УПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением суда, в том числе принятым в рамках административного судопроизводства, признаются судом, прокурором, следователем, дознавателем без дополнительной проверки. Однако, несмотря на это категоричное предписание, Конституционный Суд РФ разъяснил, что предметы доказывания в разных видах судопроизводства не совпадают, а суды в их исследовании ограничены своей компетенцией, к тому же каждый вид судопроизводства имеет собственные, не совпадающие с другими задачи и осуществляется в присущих только ему процедурах. Исходя из этого, при применении норм с административной преюдицией преюдициальность судебных актов о привлечении к административной ответственности за совершение административных правонарушений не может обладать неопровержимым характером, что предполагает необходимость проверки судом доказанности всех обстоятельств совершения уголовно наказуемого деяния в рамках уголовного судопроизводства[1].

Между тем для назначения справедливого наказания по уголовному делу крайне важно выяснять, исполнил ли подсудимый административные наказания, назначенные за ранее совершенные административные правонарушения, а если нет, то по какой причине уклонился от его исполнения.

Еще почитать --->  Опасные факторы сварщика

Некоторые проблемные аспекты применения административной преюдиции в уголовном законе на примере уголовной ответственности за мелкое хищение и побои

Аннотация. Не подвергая глубокому анализу допустимость и целесообразность существования института административной преюдиции в уголовном законе, автором в статье рассматриваются некоторые проблемы правоприменения, связанные с появлением в УК РФ новых составов преступлений: ст. 158. 1 «Мелкое хищение, совершенное лицом, подвергнутым административному наказанию» и ст. 116.1 «Нанесение побоев лицом, подвергнутым административному наказанию».

Наряду со ст. 158 УК РФ «Кража» в уголовном законе теперь действует ст. 158.1 УК РФ «Мелкое хищение, совершенное лицом, подвергнутым административному наказанию». Данная криминализация повлекла за собой изменение ст. 7.27 КоАП РФ, которая стала включать две части: часть первую, предусматривающую ответственность за мелкое хищение чужого имущества, стоимость которого не превышает одну тысячу рублей, и часть вторую, предусматривающую ответственность за мелкое хищение чужого имущества стоимостью более одной тысячи рублей, но не более двух тысяч пятисот рублей. Таким образом, в рамках либерализации уголовного закона степень общественной опасности хищений имущества стоимостью от одной тысячи до двух тысяч пятисот рублей была значительно снижена до категории административного правонарушения. Конструируя ч. 2 ст. 7.27 КоАП РФ, законодатель усилил административную ответственность за хищение, совершенное в более крупном размере, чем одна тысяча рублей. Возникает вопрос о правильной законодательной формулировке данного вида хищения. По смыслу статьи такое хищение должно называться «мелко-крупным» или «мелко-значительным», что само по себе содержит логическое противоречие: не могут быть истинными два суждения, одно из которых отрицает другое.

Административная преюдиция как вид уголовного проступка (Власов Ю

В последнее время в Уголовном кодексе РФ появляется все больше норм с административной преюдицией. При этом способы ее законодательного описания не отличаются универсальностью, что нельзя отнести к положительным признакам такой криминализации [6, с. 54; 13, с. 20 — 25].

Таким образом, институт административной преюдиции размывает границы между преступлением и административным правонарушением, между уголовным и административным правом [24, с. 46]. На данный момент критерием разграничения преступлений и проступков является вид и размер наказания, которое установлено уголовным законом за каждое из них. При этом линия разграничения проходит по сроку лишения свободы [4, с. 1 — 2]. Как справедливо в связи с этим пишет В.Л. Зуев, сущность института административной преюдиции заключается в том, что состав преступления образуется за счет признаков административного правонарушения, а в качестве критерия разграничения преступления и проступка выступает факт предшествующего наложения административного взыскания за такое же деяние [5, с. 3]. Однако административное правонарушение, сколько бы ни было оно повторяемым, не приобретает сущностных, материальных свойств и признаков преступления. В этом плане прав был М.И. Ковалев, отмечавший, что повторность проступка не в состоянии превратить его в качественно новое явление, которое требует уже не административно-правового, а другого, более строгого регулирования. Иное противоречило бы органическому принципу нашей правовой системы, согласно которому разграничение различных правонарушений производится по предмету регулирования, а не по его субъекту. Повторность не может изменить внутреннюю сущность поступка как события объективной действительности, следовательно, не может изменить и предмет правового регулирования [9, с. 11 — 12]. Позиция М.И. Ковалева во многом основана на том, что если под преступлением понимать деяние, признаки которого описаны в законе, т.е. определенное фиксированное в УК РФ поведение субъекта, то повторность поведения, не описанного в уголовном законе, не может быть его составной частью, так как налицо два самостоятельных действия. В этом смысле и реакция закона на повторное его нарушение не может быть иной, чем на первое.

КоАП РФ. Неуплата алиментов также признается административным правонарушением (ст. 5.35.1 КоАП РФ), только неоднократное совершение которого может повлечь уголовную ответственность (ст.157 УК РФ). Лицо считается подвергнутым административному наказанию со дня вступления в законную силу постановления о его назначении до истечения одного года со дня окончания исполнения постановления (ст.

В свою очередь, латинский язык превратился в инструмент, а также источник появления принципиально новых направлений и понятий как в России, так и в европейских странах.Термин «административная преюдиция» произошел непосредственно от латинского слова praejudicium. Оно переводится как предварительное решение вопроса или же обстоятельство, которое в полной мере позволяет судить по поводу ожидаемых последствий.